Городская усадьба Я.А.Рекка, начало XX в.,

Особняк Рекка-Красильщиковой. Иногда для краткости говорят просто «особняк Рекка», хотя на самом деле Яков Андреевич Рекк здесь никогда не жил. Однако его имя в названии дома стоит вполне справедливо, и было бы справедливо, чтобы оно стояло в названии всех домов, построенных Московским торгово-строительным акционерным обществом. Это поистине выдающийся человек, достойный занять место в плеяде блестящих талантов, которые породил русский Серебряный век.

Яков Рекк прибыл в Москву 19-летним юношей под крыло двоюродного дяди, который устроил его рядовым клерком в один из банков. Каково же было удивление этого дяди, когда всего через четыре года юноша без денег и без связей занял кресло управляющего! А ещё через четыре года (в 1899 году) 30-летний Рекк представлял группе инвесторов план создания торгово-строительного общества, которое будет строить под ключ роскошные особняки в центре города. И таков был авторитет молодого предпринимателя, что план был одобрен безоговорочно, несмотря на то, что к этому моменту успело обанкротиться аналогичное предприятие знаменитого Саввы Мамонтова.    

Одной из задач, поставленной Рекком перед Московским торгово-строительным обществом, стала ориентация на новейшие достижения западной культуры и техники: «надо Москву украсить стильными домами, которые, имея технические удобства западноевропейских городских строений, в то же время не убивали бы национального колорита Москвы».

Яков Рекк пригласил возглавить архитектурную контору вновь созданного общества Льва Кекушева и привлек к сотрудничеству других выдающихся зодчих: Вильяма Валькота, Густава Гельриха, Сергея Шервуда, Ивана Фомина...

Большинство построек Общества были выдержаны в модных в то время формах европейского Ар Нуво. Один из обозревателей начала XX века свидетельствовал, что у москвичей этот стиль получил наименование «рекковского». Общество выкупало в центре Москвы пустующие территории или обветшалые усадьбы, делило владения на участки и возводило постройки «под ключ».

Зачастую здания продавались не сразу и на протяжении ряда лет после постройки продолжали принадлежать самому Обществу, либо его директору. Возможно, Рекк планировал пожить в этом особняке, если он не продастся сразу, но ещё на стадии строительства проект архитектора Гельриха привлек внимание потомственной почетной гражданки Серафимы Давыдовны Красильщиковой (в девичестве Морозовой).

По изначальному замыслу Гельриха, на первом этаже особняка с жилым полуподвалом должны были находиться кухня, подсобные помещения и комнаты для прислуги, а на втором – небольшая гостиная и спальни. Однако купив в 1903 году участок с недостроенным особняком, Серафима Красильщикова потребовала изменения проекта. Первый этаж стал исключительно парадным, второй – остался жилым; служебные помещения переместились в комплекс построек позади главного здания.

Уличный фасад приобрел некоторую купеческую «пузатость» и декоративную стилистику: букеты цветов, листья, ленты, ниспадающие драпировки. Больше всего декоративных элементов можно найти на верхней части левого эркера, над главным входом в особняк и поверх выступа на фасаде с правой стороны дома. В середине одного и второго панно выполнены маски, оформленные цветами и стеблями растений, и возможно, передающие некоторое тайное послание Серафимы Давыдовны: женская маска помещена справа, мужская слева.
Главным акцентом особняка стал небольшой чешуйчатый купол над эркером.

В 1918 г. хозяева покинули свой особняк. Серафима Давыдовна с дочерьми жила в Ницце, в вилле «Теодор», которую ее муж построил еще до революции.
Дом и дворовые постройки были отданы под коммунальные квартиры. В главном доме, согласно переписи 1933 г., проживало 79 человек. Можно себе представить, в каком состоянии находились интерьеры особняка.

Но в 1955 г. особняк передали в ведение УпДК. Жильцов выселили и провели реставрационные работы с приспособлением усадьбы под посольство. Особняк получил вторую жизнь.